Валерий Мазманян
Последний визит: 30 июля

Об автре

Дата рождения:
1953
Город:
Москва
Другое:
Автор книги "Не спросишь серых журавлей"

2020

Прошёлся дождик и прохлада
прочь прогнала остатки сна,
а из листвы совиным взглядом
на нас уставилась луна.

Туман у изгороди виснет
большим жасминовым кустом,
ночное время - время истин,
и время - строить на пустом.

Наш шёпот слушает лужайка,
мы рядом, а две тени - врозь,
тебе, что не вернётся, жалко,
а мне - всё то, что не сбылось.

Вздохну - менять нам что-то поздно,
смеёшься - рано в старички...
а из травы далёким звёздам
шлют позывные светлячки.


Валерий Мазманян
Ветла грустила о былом,
дремала тёмная вода,
метнулась чайка и крылом
разбила зеркало пруда.

Затеял рой стрекоз игру,
и ласточка грозу звала,
и не шептала - не к добру,
к печали бьются зеркала.

И свет дневной во мгле пропал,
и росчерк птичьего крыла,
петляя, нас с тобой тропа
по разным судьбам развела.

Мы друг от друга далеки...
а там, где встретили весну,
сидят на зорьке рыбаки
и ловят звёзды на блесну.


Валерий Мазманян
Дни шли привычной чередой -
дожди, а следом - зной и пыль,
и колокольчик голубой
по травам скошенным звонил.

Чертили на окне стрижи
маршруты туч перед грозой,
любовь попробуй удержи
словами, вздохами, слезой.

Ты торопилась - без плаща,
а у дождя такая прыть,
у двери шёпотом - прощай,
ты научил меня грустить.

Душа поладила с судьбой,
признал своим привычный быт...
а колокольчик голубой
ночами в памяти звонит.


Валерий Мазманян
Уже с утра томилась зелень
предчувствием большой грозы,
и лето красное звенело
крылом летящей стрекозы.

Мотив тоскливый вспомнил ветер,
из неба выдавил слезу,
и прочерк ласточки отметил -
откуда надо ждать грозу.

Стемнело, в миг исчезли тени,
качнулись вниз верхушки крон -
и брызги белые сирени
летят в открытое окно.

Когда на лужах капель пляски,
июнь холодный не жалей...
узнаешь ты , какие сказки
рождает музыка дождей.


Валерий Мазманян
Туманы белые акаций
размыли контуры домов,
шептала ты - пора расстаться,
невмоготу таить любовь.

На травы тень моя упала,
душа молила - не молчи,
и красный лепесток тюльпана
качался язычком свечи.

Вечерних теней паутину
плёл с ветерком сирени куст,
ты на прощанье освятила 
воспоминания и грусть.

Росы напился подорожник,
забыл ночной короткий дождь...
и хорошо, что день погожий,
и что от жизни что-то ждёшь.


Валерий Мазманян
На рассвете с улыбкой усталой
погасила луна фонари,
на цветущий шиповник упало
сразу несколько капель зари.

Распахни занавески и слушай:
колокольчик звенит голубой -
одуванчиков белые души
ветерок забирает с собой.

До заката с серебряной речкой
разговоры затянет ветла,
не затеплит каштан свои свечки,
не грусти - наша память светла.

На веку повидали немало -
и метели, и грозы весны...
а душа и без нас понимала -
что забыть, что - в красивые сны.


Валерий Мазманян
Смотри в окно, ходи по дому,
а с ночи - время майских гроз,
и липнут мокрые подолы
к ногам молоденьких берёз.

В сердцах ругая эту морось,
забудешь про остывший чай,
у каждого дождя свой голос -
по ноткам грусти различай.

Укройся пледом, сядь поближе,
не вечна грусть и серость дня,
и знает одуванчик рыжий,
что солнце - близкая родня.

И бьётся сердце синей веной
там, где в руке твоя рука...
а завтра в окна белой пеной -
сирени куст и облака.


Валерий Мазманян
Весна - воркует голубь сизый,
дожди у окон отплясали,
синицы надевают ризы,
поют погожим дням осанну.

И клён - разбуженный грачами -
с ручьём разучивает гаммы,
где старый ворон изучает
листвы подмоченный пергамент.

Белея долговязым телом,
берёза в луже моет косы...
и не грусти, что между делом,
к тебе крадётся жизни осень.



Валерий Мазманян
Повернулась печальным лицом -
не клянись, что запомнишь навек,
на плечах твоих белым песцом
серебрился декабрьский снег.

Говорили потом о пустом -
у судьбы безграничная власть,
над последним осенним листом
почерневшая ветка тряслась.

У метели - дожить до весны -
замерзающий кустик просил...
и тебя в беспокойные сны
увозило ночное такси.


Валерий Мазманян
Сгребает дворник снег и наледь,
и слух царапает лопатой,
и мне никак разлуки память
не выбить из подушки мятой.

Откроют воробьи базары,
в цене сегодня крошки хлеба,
и ветки нитками связали - 
и серость дней, и серость неба.

Озябшим клёнам снится солнце,
не верю - мы своё отпели...
и утром так легко всплакнётся
под песню мартовской капели.


Валерий Мазманян
Не смогла замести наши грёзы
той весной тополиная замять,
и на тоненьких ветках берёзы
узелки завязали на память.

Затихает январская вьюга,
на снегу - голубые прожилки,
и в пространстве фонарного круга
мотыльками вдруг стали снежинки.

И словами родившейся песни
твою душу я в сумраке трону...
а на голову тополя месяц
возложил золотую корону.


Валерий Мазманян
Клён чернее стал и суше -
в зиму не нажил добра,
на печали ловит душу
серый сумрак декабря.

Я молчу - на прядях иней,
жизнь не балует порой,
и луна уже не снимет
маску бедного Пьеро.

И вся суть банальных истин:
что дала судьба - бери,
медный голос палых листьев
помнят ветры-звонари.

Как ни хмурь сегодня брови,
зимы, вёсны - всё не зря...
на печали душу ловит
серый сумрак декабря.

Валерий Мазманян
Листвы потемневшую медь
забрать с собой ветер хотел,
осенние сны досмотреть
позволила клёнам метель.

Рябиновой грозди ожог
пугает чахоточный лес,
латунного солнца кружок
скатился по крышам, исчез.

Что вспомнится - бледность лица,
молчание, вздохи без слёз,
в краю тёплом снятся скворцам
родимые пятна берёз.

Пурга сошла ночью с ума -
к утру все дворы замело...
а вдруг не обманет зима -
и можно судьбу набело.

Валерий Мазманян

2019

Припомнишь хмурым утром лето,
зеркальный пруд и плеск весла,
а в паутину голых веток
летит последняя листва.

Пора ненастная смешала -
кому ты рад, кто грусть принёс,
в пустынном сквере ветер шалый
в лохмотья рвёт платки берёз.

Настроили воздушных замков,
а рушить их досталось мне,
с утра дожди стучат морзянку
на сером кухонном окне.

Разлуки были, боль потерь,
но и любви была вершина...
я об одном прошу, не верь,
что осень всё за нас решила.


Валерий Мазманян
За ветром палых листьев свита,
мы что-то друг от друга ждём,
а память прошлого размыта
осенним проливным дождём.

Уже сентябрь отлил из бронзы
верхушки клёнов и берёз,
для оправданий слишком поздно,
и время не пришло для слёз.

Не так грехи и велики,
чтобы чернить что было белым,
а в лужах наши двойники
идут по голубому небу.

Душа с листвой впорхнула палой...
а ты судьбою назови,
что осень ранняя совпала
вдруг с увяданием любви.

Валерий Мазманян
Две звёздочки - скитальцы -
опять уйдут с рассветом,
багряных листьев танцы -
обряд прощанья с летом.

И сломанной подковой
в ночь кто-то месяц бросил,
и яблоком медовым
нас искушала осень.

И облака летели
гусиной стаей к югу,
и жёлтые метели
толкали нас друг к другу.

Душа хранит и память -
всё не бывает вечным...
ты улетела в замять
берёзовым сердечком.

Валерий Мазманян
Июль - и осень далеко,
пчела целуется с цветком,
по росным травам босиком
дойдёшь до белых облаков.

Упали капельки зари -
алеют гроздьями рябин,
поймёт, кто искренне любил,
о чём воркуют сизари.

Жаль - скоро птичьим стаям в путь,
что чёрный волос в серебре,
что дождь ночной, как в сентябре,
стучит и не даёт уснуть.

На травах палых листьев медь...
у свеч два белых мотылька
лишь крылья обожгли слегка,
но знают, как легко сгореть.

Валерий Мазманян
Полоской красного заката -
кусты калины в дальней роще,
пусть будет осень виновата,
что ты на всё смотрела проще.

На твой вопрос с ответом медлил -
к чему делить печали бремя,
стук яблок, бьющихся о землю,
уже считал разлуки время.

Сползал тяжёлый сумрак с крыши,
в соседнем доме окна гасли,
и в тишине нам было слышно,
как осыпались в вазе астры.

И станет гроздь калины слаще,
когда прихвачена морозом...
и знает только уходящий,
что лето - это наши грёзы.

Валерий Мазманян
Плясали тени на траве,
а голубь таял в синеве,
весь белый, словно ангел божий,
исчез, а душу растревожил.

В пустом дворе под ветра свист
кружился первый жёлтый лист,
в вечерний сумрак с ветки ивы
упало солнце спелой сливой.

День угасал на складках штор,
и я не мог понять - за что
вы грусть осеннюю вернули
с ночными грозами в июле.

Пусть память - всё, чем я богат,
дотлел за рощицей закат...
вдруг хватит искорки рябины
зажечь сердца тех, кто любили.

Валерий Мазманян
После коротких летних гроз
пруд - царство голубых стрекоз,
и любопытством не греши -
о чём здесь грезят камыши.

И всё вокруг полно чудес -
у василька глаза небес,
красивой парой лебедей
плывут два облака в воде.

А взгляд старается сберечь
лицо, загар любимых плеч...
махнула бабочка крылом:
я - в настоящем, ты - в былом.

Воспоминания вернут
июньский вечер, старый пруд...
а царство голубых стрекоз
всегда мне снится после гроз.

Валерий Мазманян
В комнате пахло сиренью,
в полдень закончился дождь,
ты призывала к смиренью -
против судьбы не пойдёшь.

Солнце скатилось за рощу,
блик - одуванчика медь,
ты говорила, что проще
надо на вещи смотреть.

Я соглашался кивком,
падал к ногам твоим тенью,
билась душа мотыльком...
в комнате пахло сиренью.

Валерий Мазманян
Листва у ограды литой -
сплетение теней и света,
и клеверу шмель золотой
гудел, что не кончится лето.

Что память навеки связала
морщинкой легло возле век -
твой вздох, разговор запоздалый,
июнь, одуванчиков снег.

Взмахнула, прощаясь, рукой...
и те, кого с Богом отпустим,
вернутся красивой строкой,
поэзия - музыка грусти.

Валерий Мазманян
Молчу, разговор будет трудным -
вернулись к началу дорог,
у клевера русые кудри
с утра растрепал ветерок.

Не сетуй, не всё, как хотели -
останется чувство вины,
снега тополиных метелей -
июньское эхо зимы.

Бывает такое в любви:
расстались - становишься нужен...
растащат за день воробьи
осколки зеркальные лужи.

Валерий Мазманян
Три тучи, летящих на север,
дождём на листву и на клевер
прольются - и в день синий-синий
летит с одуванчиков иней.

Руками обхватишь колени,
июнь разомлеет от лени,
и лето крылом стрекозы
смахнёт с цветка каплю слезы.

Поднимутся шторы - и в трепет:
там ветер из облака лепит
зверей и диковинных птиц,
и ты вся - за тенью ресниц.

А голуби - стаями с крыши...
я сердцем скорее услышу -
шепнёшь ты мне, щурясь от солнца,
что лето добром обернётся.

Валерий Мазманян
Дремоту трав и листьев вялость
с утра тревожили шмели,
три ласточки не зря метались -
грозу от дома увели.

И куст сирени тенью мерил
полуденный июньский зной,
сиреневым туманом клевер
плыл за летящей стрекозой.

Порхала бабочка-капустница,
не думал клён про листопад,
я верил - мне грехи отпустятся
за нежный благодарный взгляд.

Валерий Мазманян
Тянусь душой к глубинке русской,
где искорки синиц не гаснут,
и надевает трясогузка
для встреч с тобою чёрный галстук.

А верба ниточкой зелёной
сшивает облаков лоскутья,
где к синеве худые клёны
идут сквозь вьюги и распутье.

Где скинешь с рюкзаком и ложь,
и груз прожитых лет с плеча,
когда ладонью зачерпнёшь
живой водицы из ручья.

Валерий Мазманян