Валерий Мазманян
Последний визит: 11 октября

Об автре

Дата рождения:
1953
Город:
Москва
Другое:
Автор книги "Не спросишь серых журавлей"

2022

Подсчитал ветерок-казначей
золочёные блики в пруду,
синевой августовских ночей
наливаются сливы в саду.

Седину - увяданья печать -
паутинкой с тобой наречём,
а рябины готовы встречать
приходящий сентябрь кумачом.

И смущая прохожих умы,
поцелуи прилюдно дари,
на порхающих бабочек мы
так сегодня похожи внутри.

Задержи мою руку в руке -
остановим времён карусель...
и помолятся ивы реке,
проводив караваны гусей.


Валерий Мазманян
Листочек жёлтый метил
ушедший летний миг,
и тени рваной сетью
ловили солнца блик.

И шёл июль со свитой
шмелей и мотыльков,
роняли в пруд ракиты
платочки облаков.

Казалось, ближе малость -
и словом не солжём,
а осень к сердцу кралась,
прикинувшись дождём.

Не зря сплетали руки
при виде нас кусты...
и знали цвет разлуки
опавший лист и ты.


Валерий Мазманян
Талый снег уходит в небыль,
листья палые смели,
и встречают новый стебель
в чёрном с золотом шмели.

Старый пруд закован в камень,
по обычаю веков,
ива тонкими руками
снимет пену облаков.

Ночи светлые, надежды,
вёсны дарены тобой,
ветка ниточкой удержит
неба шарик голубой.

Дни ненастные воруют
блики солнца, свет зари...
но про молодость вторую
нам воркуют сизари.


Валерий Мазманян
Последний снег склевала морось,
пожухлый лист поднял крыло,
а чайка, надрывая голос,
зовёт весеннее тепло.

Молчит душа - откуда вера,
что всё закончится добром,
и у окна надела верба
наряд расшитый серебром.

Вздохнёшь - апреля заморочки
не понимаешь, хоть убей,
а облака стирают точки,
что ставит стайка голубей.

Но укорять весну не вправе
ни ты, ни я за грустный миг...
и мать-и-мачеха в канаве
хранит в ненастье солнца блик.


Валерий Мазманян
Сугробы раздобрели
за три метельных дня,
а суета недели
измучила меня.

Всё в память - и прогулки,
и снежность января,
три тонкие сосульки -
бородка фонаря.

Позёмка трубку курит,
дымок идёт с реки,
в душе поднимешь бури
касанием руки.

Печалями ранимы,
терпением близки...
немного могут зимы -
нам выбелить виски.


Валерий Мазманян
Опять сезонов перепутье,
не отличишь от утра вечер,
и неба серые лоскутья
на чёрных ветках сушит ветер.

А там, где были снега пятна,
мерцают лужи из металла,
твоё молчание понятно -
от этой серости устала.

Одно уже не повторится,
другое - памяти отдали,
и петли времени на спицы
ложатся ровными рядами.

Добавлю в комплименты лести -
душа вспорхнёт и вёсны вспомнит...
оконным переплётом крестит
фонарь тебя и сумрак комнат.


Валерий Мазманян
Все сугробы спеленал
к десяти вечерний снег,
задремавшая луна
улыбается во сне.

Грезится весенний день -
принесли тепло грачи,
убаюкал ветер тень,
и зажгла звезда ночник.

Суета, усталость, хмарь -
три морщинки возле глаз,
посмотри - нашёл фонарь
у окна большой алмаз.

Погрусти, но бровь не хмурь,
у судьбы не просим крох...
отзвуком житейских бурь
остаётся тихий вздох.


Валерий Мазманян

2021

Дожди по улочке пройдут
и дальше - в серенький рассвет,
как жить с самим собой в ладу,
не спросишь и не дашь совет.

С тобой унынием грешим -
даётся осень нелегко,
и ветки - сеточкой морщин
на бледных лицах облаков.

Вздохнём и промолчим вдвоём -
пора цветения прошла,
озябшим серым воробьём
с утра нахохлилась душа.

Но сумраку унылых дней
на сердце лечь, прошу, не дай...
через прозрачный лес видней
дорога в голубую даль.


Валерий Мазманян
С голубями остались вороны
сторожить до апреля дворы,
увядающей осени клёны
золотые приносят дары.

Погорюем, что видимся редко
и любовь достаётся трудом,
извивается яблони ветка,
искушая медовым плодом.

Повздыхаем и корку раскрошим,
и приветим у ног сизаря,
что потом обернётся хорошим
и гадать, и раздумывать зря.

Озаряя сиянием воздух,
листопады за ветром спешат...
забывая про годы и возраст,
невозможного хочет душа.
 

Валерий Мазманян
Рябины губы алые
целованные ветрами,
а в сквере листья палые
считает август с ветками.

Узнает осень - выжили,
морщинками открестится,
берёза в пряди рыжие
заколку вденет месяца.

Любовь жива, а прочее
само и перемелется,
и капель многоточие
стряхнёт на плечи деревце.

И серость не схоронится
от солнца в мелкой лужице...
и бабочкой лимонницей
осенний лист закружится.


Валерий Мазманян
Весна уже уходит в прошлое -
густой травой, на зорьке скошенной,
грозой, вишнёвыми метелями,
туманом яблонь и капелями.

Цветок жасминовый закружится
и льдинкой поплывёт по лужице,
и белый иней одуванчика
накроет солнечного зайчика.

Шмелю, стрекозам и соцветиям
три летних месяца - столетия,
порхает бабочка-капустница,
где жёлтый лист на снег опустится.

Прошу тебя - не надо мучиться,
что поздняя любовь - разлучница...
поверь - спасёт от неизбежности
простое слово с жестом нежности.


Валерий Мазманян
На клёны глянешь - одни мощи,
но сумрак уступает дню,
и ждут берёзовые рощи
свою грачиную родню.

Худой сугроб уткнулся в землю,
лоскутья туч на тополях,
воркует голубь, тени дремлют
на белых мятых простынях.

Словам пустым узнали цену,
и кто - чужак, и кто - родной,
и бьётся голубая вена
ручья под коркой ледяной.

Снега, невзгоды - не пропали
и устояли на ветру...
большие родинки проталин
целует солнце поутру.


Валерий Мазманян
На серость стен мазками охры
рассвет погожий день нанёс,
ещё один сугроб усохнет
у белых ног худых берёз.

Из жарких стран - пора на север,
и птичьим стаям не до сна,
и чёрному грачу поверим,
что март и на дворе весна.

У сердца истина простая -
твоя рука в моей руке,
и льдинкой облако растает
в небесной голубой реке.

Судьба побалует хорошим...
и пусть морщинка льнёт к губам,
сегодня мы печаль раскрошим,
как корку хлеба голубям.


Валерий Мазманян
Клён с костлявыми плечами
знает - март вернут грачи,
сядешь рядом с чашкой чая,
повздыхаем, помолчим.

Посидим с тобой без света,
пахнет в комнате сосной,
узелками чёрных веток
зимы связаны с весной.

Белый снег - на серый сумрак,
на дворы, на горизонт,
перетерпишь, если умный,
и однажды повезёт.

И поймёшь, когда мы вместе,
время - только горсть песка...
а зима - строка из песни
и седая прядь виска.


Валерий Мазманян
Ждём - разбудит гомон грачий
лес и лёд замёрзших рек,
о метелях белых плачет
только ноздреватый снег.

От зимы осталось долгой -
вздох, неделя до тепла,
месяц - золотой заколкой -
вденет в волосы ветла.

У нагих берёз истома,
вместе с ними подожди -
и большой сугроб у дома
ночью расклюют дожди.

Пробежал февраль короткий,
подойдёшь к окну босая...
золотые самородки
солнце в лужицы бросает.


Валерий Мазманян
Наверное, тоже не спите
и вспомнили всё ненароком,
метели стирают граффити
берёзовых теней у окон.

Печаль - не единственный мостик,
который лежит между нами,
а клён - одна кожа да кости -
утешится белыми снами.

Что лучшая песня не спета,
бессонница снова пророчит,
из пряжи запутанных веток
соткутся весенние ночи.

И била судьба, и ломала,
сегодня - сердечная смута...
узнала душа, что ей мало
покоя в тепле и уюта.


Валерий Мазманян
Берёза в поношенном платье
не прячет изгибы бедра,
с дождями приходят некстати
тоска о былом и хандра.

Скворцу за морями приснится
осиновый ветки ожог,
тату на груди у синицы -
осеннего солнца кружок.

А клёны отдали одежды
ветрам и забыли печаль,
и небо свинцовое держат
на чёрных костлявых плечах.

Не купишь на золото листьев
прозрачность погожего дня...
теплеет на сердце от мысли,
что ты не оставишь меня.


Валерий Мазманян

2020

К утру измученный бессонницей
вздохнёшь - не тех, наверно, ждал,
трепещет бабочкой-лимонницей
листочек на игле дождя.

Осины красятся румянами,
а тучи набирают вес,
притих укутанный туманами
простуженный осенний лес.

От свиста ветра лужа морщится,
а ты всё предаёшь суду,
и желтизной больная рощица
неделю мечется в бреду.

Кленовый лист ладонью скрюченной
взъерошил волосы куста...
и кем-то осени поручено
всё ставить на свои места.


Валерий Мазманян
Вспомню тот далёкий год,
плеск волны и белый ялик,
ночь бессонницу мне шлёт,
а луна - печальный смайлик.

Зря гадать, что сделать мог,
память лет - и крест, и бремя,
звёзды - пылью всех дорог -
поднимает всадник-время.

Не забыла - напиши,
позвони, скажи, что нужен,
две заблудшие души
золотой листвой закружат.

Сколько раз давал зарок:
жить - все чувства не мешая...
грустью запасаюсь впрок -
впереди зима большая.


Валерий Мазманян
Под медный звон листвы берёз
войдёт в притихший город осень
со свитой серых дней и гроз,
что мы хотим тепла, не спросит.

Дожди всю зелень расклюют,
погонят птичьи стаи к югу,
нас - в сумрак комнат и уют,
и мы потянемся друг к другу.

Когда отыщется вина
за тихий вздох, за белый волос,
нашепчет - впереди весна -
вечерний дождь, сорвавший голос.

До марта тополя уснут,
река любви не обмелеет...
за неба синего лоскут
отдаст всё золото аллея.


Валерий Мазманян
Сверни с дороги в сквер пустой,
остановись и просто слушай,
как в сумрак золотой листвой
летят берёзовые души.

Погожих дней наперечёт,
похоже, осень будет ранней,
а время сквозь тебя течёт,
смывая пласт воспоминаний.

Цветущий луг, гудящий шмель
под шум метели будут сниться,
журавль - за тридевять земель,
с тобой останется синица.

Опавший лист стремится в высь,
надеясь, птичьи стаи примут...
пора домой - там заждались
попутчики в большую зиму.


Валерий Мазманян
Молчим, что пора нам расстаться -
любое бессмысленно слово,
а божья коровка на пальце,
как алая капелька крови.

Запуталось солнце в трёх соснах
и светит всего вполнакала,
у каждой любви своя осень,
вот наша с июлем совпала.

Смиримся - всё лучшее спето,
нас просто судьба обыграла,
на память оставило лето
морщинки и бронзу загара.

И всё бы сложилось иначе -
будь мы с тобой вольные птицы...
а небо высокое прячут
для нас васильки за ресницы.


Валерий Мазманян
Прошёлся дождик и прохлада
прочь прогнала остатки сна,
а из листвы совиным взглядом
на нас уставилась луна.

Туман у изгороди виснет
большим жасминовым кустом,
ночное время - время истин,
и время - строить на пустом.

Наш шёпот слушает лужайка,
мы рядом, а две тени - врозь,
тебе, что не вернётся, жалко,
а мне - всё то, что не сбылось.

Вздохну - менять нам что-то поздно,
смеёшься - рано в старички...
а из травы далёким звёздам
шлют позывные светлячки.


Валерий Мазманян
Ветла грустила о былом,
дремала тёмная вода,
метнулась чайка и крылом
разбила зеркало пруда.

Затеял рой стрекоз игру,
и ласточка грозу звала,
и не шептала - не к добру,
к печали бьются зеркала.

И свет дневной во мгле пропал,
и росчерк птичьего крыла,
петляя, нас с тобой тропа
по разным судьбам развела.

Мы друг от друга далеки...
а там, где встретили весну,
сидят на зорьке рыбаки
и ловят звёзды на блесну.


Валерий Мазманян
Дни шли привычной чередой -
дожди, а следом - зной и пыль,
и колокольчик голубой
по травам скошенным звонил.

Чертили на окне стрижи
маршруты туч перед грозой,
любовь попробуй удержи
словами, вздохами, слезой.

Ты торопилась - без плаща,
а у дождя такая прыть,
у двери шёпотом - прощай,
ты научил меня грустить.

Душа поладила с судьбой,
признал своим привычный быт...
а колокольчик голубой
ночами в памяти звонит.


Валерий Мазманян
Уже с утра томилась зелень
предчувствием большой грозы,
и лето красное звенело
крылом летящей стрекозы.

Мотив тоскливый вспомнил ветер,
из неба выдавил слезу,
и прочерк ласточки отметил -
откуда надо ждать грозу.

Стемнело, в миг исчезли тени,
качнулись вниз верхушки крон -
и брызги белые сирени
летят в открытое окно.

Когда на лужах капель пляски,
июнь холодный не жалей...
узнаешь ты , какие сказки
рождает музыка дождей.


Валерий Мазманян
Туманы белые акаций
размыли контуры домов,
шептала ты - пора расстаться,
невмоготу таить любовь.

На травы тень моя упала,
душа молила - не молчи,
и красный лепесток тюльпана
качался язычком свечи.

Вечерних теней паутину
плёл с ветерком сирени куст,
ты на прощанье освятила 
воспоминания и грусть.

Росы напился подорожник,
забыл ночной короткий дождь...
и хорошо, что день погожий,
и что от жизни что-то ждёшь.


Валерий Мазманян
На рассвете с улыбкой усталой
погасила луна фонари,
на цветущий шиповник упало
сразу несколько капель зари.

Распахни занавески и слушай:
колокольчик звенит голубой -
одуванчиков белые души
ветерок забирает с собой.

До заката с серебряной речкой
разговоры затянет ветла,
не затеплит каштан свои свечки,
не грусти - наша память светла.

На веку повидали немало -
и метели, и грозы весны...
а душа и без нас понимала -
что забыть, что - в красивые сны.


Валерий Мазманян
Смотри в окно, ходи по дому,
а с ночи - время майских гроз,
и липнут мокрые подолы
к ногам молоденьких берёз.

В сердцах ругая эту морось,
забудешь про остывший чай,
у каждого дождя свой голос -
по ноткам грусти различай.

Укройся пледом, сядь поближе,
не вечна грусть и серость дня,
и знает одуванчик рыжий,
что солнце - близкая родня.

И бьётся сердце синей веной
там, где в руке твоя рука...
а завтра в окна белой пеной -
сирени куст и облака.


Валерий Мазманян
Весна - воркует голубь сизый,
дожди у окон отплясали,
синицы надевают ризы,
поют погожим дням осанну.

И клён - разбуженный грачами -
с ручьём разучивает гаммы,
где старый ворон изучает
листвы подмоченный пергамент.

Белея долговязым телом,
берёза в луже моет косы...
и не грусти, что между делом,
к тебе крадётся жизни осень.



Валерий Мазманян
Повернулась печальным лицом -
не клянись, что запомнишь навек,
на плечах твоих белым песцом
серебрился декабрьский снег.

Говорили потом о пустом -
у судьбы безграничная власть,
над последним осенним листом
почерневшая ветка тряслась.

У метели - дожить до весны -
замерзающий кустик просил...
и тебя в беспокойные сны
увозило ночное такси.


Валерий Мазманян
Сгребает дворник снег и наледь,
и слух царапает лопатой,
и мне никак разлуки память
не выбить из подушки мятой.

Откроют воробьи базары,
в цене сегодня крошки хлеба,
и ветки нитками связали - 
и серость дней, и серость неба.

Озябшим клёнам снится солнце,
не верю - мы своё отпели...
и утром так легко всплакнётся
под песню мартовской капели.


Валерий Мазманян
Не смогла замести наши грёзы
той весной тополиная замять,
и на тоненьких ветках берёзы
узелки завязали на память.

Затихает январская вьюга,
на снегу - голубые прожилки,
и в пространстве фонарного круга
мотыльками вдруг стали снежинки.

И словами родившейся песни
твою душу я в сумраке трону...
а на голову тополя месяц
возложил золотую корону.


Валерий Мазманян
Клён чернее стал и суше -
в зиму не нажил добра,
на печали ловит душу
серый сумрак декабря.

Я молчу - на прядях иней,
жизнь не балует порой,
и луна уже не снимет
маску бедного Пьеро.

И вся суть банальных истин:
что дала судьба - бери,
медный голос палых листьев
помнят ветры-звонари.

Как ни хмурь сегодня брови,
зимы, вёсны - всё не зря...
на печали душу ловит
серый сумрак декабря.

Валерий Мазманян
Листвы потемневшую медь
забрать с собой ветер хотел,
осенние сны досмотреть
позволила клёнам метель.

Рябиновой грозди ожог
пугает чахоточный лес,
латунного солнца кружок
скатился по крышам, исчез.

Что вспомнится - бледность лица,
молчание, вздохи без слёз,
в краю тёплом снятся скворцам
родимые пятна берёз.

Пурга сошла ночью с ума -
к утру все дворы замело...
а вдруг не обманет зима -
и можно судьбу набело.

Валерий Мазманян

2019

Припомнишь хмурым утром лето,
зеркальный пруд и плеск весла,
а в паутину голых веток
летит последняя листва.

Пора ненастная смешала -
кому ты рад, кто грусть принёс,
в пустынном сквере ветер шалый
в лохмотья рвёт платки берёз.

Настроили воздушных замков,
а рушить их досталось мне,
с утра дожди стучат морзянку
на сером кухонном окне.

Разлуки были, боль потерь,
но и любви была вершина...
я об одном прошу, не верь,
что осень всё за нас решила.


Валерий Мазманян
За ветром палых листьев свита,
мы что-то друг от друга ждём,
а память прошлого размыта
осенним проливным дождём.

Уже сентябрь отлил из бронзы
верхушки клёнов и берёз,
для оправданий слишком поздно,
и время не пришло для слёз.

Не так грехи и велики,
чтобы чернить что было белым,
а в лужах наши двойники
идут по голубому небу.

Душа с листвой впорхнула палой...
а ты судьбою назови,
что осень ранняя совпала
вдруг с увяданием любви.

Валерий Мазманян
Две звёздочки - скитальцы -
опять уйдут с рассветом,
багряных листьев танцы -
обряд прощанья с летом.

И сломанной подковой
в ночь кто-то месяц бросил,
и яблоком медовым
нас искушала осень.

И облака летели
гусиной стаей к югу,
и жёлтые метели
толкали нас друг к другу.

Душа хранит и память -
всё не бывает вечным...
ты улетела в замять
берёзовым сердечком.

Валерий Мазманян
Июль - и осень далеко,
пчела целуется с цветком,
по росным травам босиком
дойдёшь до белых облаков.

Упали капельки зари -
алеют гроздьями рябин,
поймёт, кто искренне любил,
о чём воркуют сизари.

Жаль - скоро птичьим стаям в путь,
что чёрный волос в серебре,
что дождь ночной, как в сентябре,
стучит и не даёт уснуть.

На травах палых листьев медь...
у свеч два белых мотылька
лишь крылья обожгли слегка,
но знают, как легко сгореть.

Валерий Мазманян
Полоской красного заката -
кусты калины в дальней роще,
пусть будет осень виновата,
что ты на всё смотрела проще.

На твой вопрос с ответом медлил -
к чему делить печали бремя,
стук яблок, бьющихся о землю,
уже считал разлуки время.

Сползал тяжёлый сумрак с крыши,
в соседнем доме окна гасли,
и в тишине нам было слышно,
как осыпались в вазе астры.

И станет гроздь калины слаще,
когда прихвачена морозом...
и знает только уходящий,
что лето - это наши грёзы.

Валерий Мазманян
Плясали тени на траве,
а голубь таял в синеве,
весь белый, словно ангел божий,
исчез, а душу растревожил.

В пустом дворе под ветра свист
кружился первый жёлтый лист,
в вечерний сумрак с ветки ивы
упало солнце спелой сливой.

День угасал на складках штор,
и я не мог понять - за что
вы грусть осеннюю вернули
с ночными грозами в июле.

Пусть память - всё, чем я богат,
дотлел за рощицей закат...
вдруг хватит искорки рябины
зажечь сердца тех, кто любили.

Валерий Мазманян
После коротких летних гроз
пруд - царство голубых стрекоз,
и любопытством не греши -
о чём здесь грезят камыши.

И всё вокруг полно чудес -
у василька глаза небес,
красивой парой лебедей
плывут два облака в воде.

А взгляд старается сберечь
лицо, загар любимых плеч...
махнула бабочка крылом:
я - в настоящем, ты - в былом.

Воспоминания вернут
июньский вечер, старый пруд...
а царство голубых стрекоз
всегда мне снится после гроз.

Валерий Мазманян
В комнате пахло сиренью,
в полдень закончился дождь,
ты призывала к смиренью -
против судьбы не пойдёшь.

Солнце скатилось за рощу,
блик - одуванчика медь,
ты говорила, что проще
надо на вещи смотреть.

Я соглашался кивком,
падал к ногам твоим тенью,
билась душа мотыльком...
в комнате пахло сиренью.

Валерий Мазманян
Листва у ограды литой -
сплетение теней и света,
и клеверу шмель золотой
гудел, что не кончится лето.

Что память навеки связала
морщинкой легло возле век -
твой вздох, разговор запоздалый,
июнь, одуванчиков снег.

Взмахнула, прощаясь, рукой...
и те, кого с Богом отпустим,
вернутся красивой строкой,
поэзия - музыка грусти.

Валерий Мазманян
Молчу, разговор будет трудным -
вернулись к началу дорог,
у клевера русые кудри
с утра растрепал ветерок.

Не сетуй, не всё, как хотели -
останется чувство вины,
снега тополиных метелей -
июньское эхо зимы.

Бывает такое в любви:
расстались - становишься нужен...
растащат за день воробьи
осколки зеркальные лужи.

Валерий Мазманян
Три тучи, летящих на север,
дождём на листву и на клевер
прольются - и в день синий-синий
летит с одуванчиков иней.

Руками обхватишь колени,
июнь разомлеет от лени,
и лето крылом стрекозы
смахнёт с цветка каплю слезы.

Поднимутся шторы - и в трепет:
там ветер из облака лепит
зверей и диковинных птиц,
и ты вся - за тенью ресниц.

А голуби - стаями с крыши...
я сердцем скорее услышу -
шепнёшь ты мне, щурясь от солнца,
что лето добром обернётся.

Валерий Мазманян
Дремоту трав и листьев вялость
с утра тревожили шмели,
три ласточки не зря метались -
грозу от дома увели.

И куст сирени тенью мерил
полуденный июньский зной,
сиреневым туманом клевер
плыл за летящей стрекозой.

Порхала бабочка-капустница,
не думал клён про листопад,
я верил - мне грехи отпустятся
за нежный благодарный взгляд.

Валерий Мазманян
Тянусь душой к глубинке русской,
где искорки синиц не гаснут,
и надевает трясогузка
для встреч с тобою чёрный галстук.

А верба ниточкой зелёной
сшивает облаков лоскутья,
где к синеве худые клёны
идут сквозь вьюги и распутье.

Где скинешь с рюкзаком и ложь,
и груз прожитых лет с плеча,
когда ладонью зачерпнёшь
живой водицы из ручья.

Валерий Мазманян